Джон Лилли "Программирование и метапрограммирование человеческого биокомпьютера"

Часть 1  Часть 2  Часть 3  Часть 4

Джон Лилли

ПРОГРАММИРОВАНИЕ И МЕТАПРОГРАММИРОВАНИЕ  ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО  БИО-
КОМПЬЮТЕРА


СОДЕРЖАНИЕ

Введение ко второму изданию

Предисловие ко второму изданию

Предисловие к первому изданию

Метатеоретический подход.

Вступление

Основные допущения

1. Применение проектовно-демонстрационной техники
в глубинном анализе с использованием диэтиламида
лизергиновой кислоты (ЛСД-25)

Телесное лицо

Пустой экран

Внешняя реальность нулевого уровня

Определение уклонения при анализе метапрограмм

Внутреннее познавательное пространство

Практические подходы

Определение самометапрограммы генеральной цели

2. Результаты экспериментов по самометапрограммированию с применением ЛСД-25

Эксперименты с базовыми программами существования

Метатеоретические результаты экспериментов с использованием основных
допущений

3. Индивидуальный язык метапрограмм и примеры его свойств

4. Метапрограммирование в случае фиксированных невротических
программ (мигрень): примеры восприятия и взаимодействия допущений

5. Заметки относительно потенциально летальных аспектов некоторых
бессознательных предчеловеческих программ выживания

6. Выбор участников для ЛСД-экспериментов по самоанализу

7. Поведенческое проигрывание предчеловеческих
программ в условиях изоляции: проблема циклического бессознательного
воспроизведения

8. Основные воздействия ЛСД-25 на биокомпьютер. Шум как
основная энергия проекционной техники

Гипотезы роста

9. Выводы из основной теории, полученной как обобщение
экспериментов по метапрограммированию положительных состояний с
применением ЛСД-25

10. Коалиции, контакт и ответственность

11. Контакт и коалиции с индивидуальностями других видов

Уклонение от контакта

Метапрограммы межвидового контакта.

Наблюдения в контакте человек-дельфин: подражание как
доказательство контакта

12. Обобщение логики, использованной в этой работе: истина, ложь,
вероятность, метапрограммы и их связи

13. Отношения между средствами программирования и материальной частью
в человеческом биокомпьютере

14. Проблемы

15. Метапрограммирование изображения тела

16. Модели мозга

17. Отрывок из книги Ф.М. Достоевского "Идиот"

Выводы

Словарь

Основные метапрограммы


Аннотация: Автор использует идеи, полученные путем экстрапо-
ляции и переработки современной теории вычислительных  машин
для  объяснения  субъективных  аспектов работы человеческого
мозга и программного управления психикой.  Обсуждаются мето-
дологические основы предлагаемого им биокомпьютерного подхо-
да. Приводятся результаты исследований и самоанализа.

 ВВЕДЕНИЕ КО ВТОРОМУ ИЗДАНИЮ

У этой книги любопытная история. Она была написана в качест-
ве итогового отчета о пяти годах моей работы для одной госу-
дарственной организации - Национального Института  Психичес-
кого Здоровья, который в течение пяти лет оплачивал мои исс-
ледования в области нейрофизиологии коры головного мозга.

Книга была задумана в обстановке, относительно благоприятной
для ее написания. Почти сразу после завершения экспериментов
были приняты законы,  запрещающие научные исследования, свя-
занные с использованием и изучением диэтиламида лизергиновой
кислоты (ЛСД).  Фактически,  исследователей заставили замол-
чать. Законодатели составляли законы в атмосфере, далекой от
разумного отношения к проблеме.  Была объявлена национальная
программа против ЛСД, которое явилась причиной паники, срав-
нимой разве что с войной,  чумой или голодом.  Его  признали
разрушителем  здоровья и интеллекта молодых людей и даже од-
ной из причин врожденных уродств.

Книга "Программирование и метапрограммирование человеческого
биокомпьютера"  была написана в этой атмосфере в 1966 - 1967
годах.  Работа и записи к ней относятся к периоду между 1964
и 1966 годами. Ее замысел возник в 1949 году, когда в разго-
воре с Бриттоном Чейнсом я впервые познакомился с идеей про-
ектирования компьютеров.  Я соединил эти идеи со своими исс-
ледованиями в области нейрофизиологии коры головного  мозга.
Все это было более подробно проработано в исследованиях оди-
ночной изоляции с сенсорными ограничениями в опытах с ванной
в  том же институте с 1953 по 1958 годы.  Эти опыты проводи-
лись  одновременно  с  нейрофизиологическими  исследованиями
системы  наказания  и  поощрения в человеческом мозге.  Свой
вклад в развитие этих идей внесли также программа исследова-
ния  дельфинов и результаты исследований с внедрением элект-
родов в мозг.

Работая над этой книгой,  я опасался, что не смогу корректно
выразить  в  письменной  форме непосредственные переживания,
возникавшие в процессе проводимых опытов.  Я чувствовал, что
группа  из тридцати человек,  большой исследовательский бюд-
жет,  в целом жизнь института зависит от меня и того,  что я
напишу. Я предполагал, что прямая публикация результатов мо-
жет привести к потере работы моими коллегами, не говоря уж о
стабильности моего собственного положения.

И действительно,  несмотря на принятые мной меры,  издание в
1967 году этой работы привело к  прекращению  финансирования
программы  одной  государственной организации,  занимавшейся
исследованием дельфинов.  До меня доходили разговоры относи-
тельно  моего  мозга и интеллекта,  якобы измененных ЛСД.  В
этот момент я оставил институт и перешел  в  Психиатрический
Исследовательский Центр,  чтобы возобновить исследования ЛСД
в программе, имевшей поддержку в правительстве. Я познакомил
со своими идеями исследователей центра,  а позже в 1969 году
перешел в Исаленский институт.

Включение в тесное общение с другими людьми в Исалене и  от-
сутствие  административного давления укрепило во мне уверен-
ность в отношении обсуждаемых идей. В это время Стюарт Бранд
посмотрел работу по миографии, которую я давал В. В. Гармону
из Стенфорда, пытавшемуся использовать ее в своих иcследова-
ниях суфизма.  Стюарт попросил копии для распространения.  У
меня было 300 копий,  изготовленных фото-офсетным способом с
печатного  экземпляра.  Он  продал  их за несколько недель и
попросил разрешения сделать увеличенный тираж по более  низ-
кой цене. Я согласился, хотя и сомневался в возможности про-
дажи. Бук Пипл", Беркли, организовали перепечатку. Несколько
тысяч копий было продано.

Я написал  отчет таким образом,  что его основное содержание
было скрыто за тяжелым  длинным  введением,  предназначенным
остановить обычного читателя.  Однако,  когда слово сказано,
такая уловка уже не останавливает  интересующихся.  Основные
идеи  оказались важными для достаточного числа читателей,  и
работа приобрела неожиданную популярность. Поэтому оказалось
возможным напечатать ее полностью.

Несколько раз меня просили переделать эту работу. Однако это
привело лишь к тому, что появилась новая книга - "Центр цик-
лона",  Джулиан  Пресс,  Нью-Йорк,  1972.  Следующая попытка
что-то изменить в работе закончилась еще одной книгой - "Мо-
делирование Бога:  наука веры".  Получилось,  что эта работа
стала источником других работ и не  поддавалась  пересмотру.
Для меня она - вещь,  отдельная от меня, своеобразная запись
пространства прошлых событий и путь  в  новые  пространства,
через которые я прошел и не смогу вернуться назад.

Настоящее издание этой работы в ее полном виде обязано своим
появлением самоотверженной работе издателей Артура Коппоса и
Д'Амико.  Им я признателен за оживление старого содержания и
придания ему новой формы. С самыми теплыми чувствами я выра-
жаю свою признательность Антуанетте за ее помощь,  поддержку
и любовь.

                                       Февр., 7. 1972 Д.К.Л.

 ПРЕДИСЛОВИЕ КО ВТОРОМУ ИЗДАНИЮ

Все люди, достигшие взрослого состояния, являются запрограм-
мированными биокомпьютерами.  Такова человеческая природа, и
этого нельзя изменить.  Все мы способны программировать себя
и других.

Несмотря на громадное разнообразие возможных программ, набор
их  y большинства из нас ограничен.  Некоторые из них пришли
из глубины веков и унаследованы нами от наших животных пред-
ков  - простейших одноклеточных,  губок,  кораллов,  червей,
рептилий и т.д.  В базовых формах жизни программы  передава-
лись  через  генетические  коды к полностью сформировавшимся
организмам,  способным к воспроизведению себя  в  потомстве.
Такие программы можно назвать встроенными.  Паттерны функций
типа стимул-реакция определялись необходимостью приспособле-
ния к изменениям среды, чтобы выжить и передать генетический
код потомкам.

По мере увеличения размеров и сложности нервной системы воз-
никают новые уровни программирования,  не привязанные непос-
редственно к целям выживания и обстоятельствам  размножения.
Встроенные  программы лежат в основании этих новых уровней и
находятся под контролем высшего порядка.

По-видимому, кора головного мозга  возникла  как  расширение
старого  компьютера  и стала новым компьютером,  взявшим под
контроль структурно более низкие уровни нервной системы, бо-
лее низкие встроенные программы. Вместе с тем появилась воз-
можность обучения,  а с ней и способность быстрее  адаптиро-
ваться  к  окружающей среде.  А позже,  когда кора головного
мозга за несколько миллионов лет достигла критической  вели-
чины,  возникла новая способность - способность самообучения
или способность обучаться обучению.

Когда вы обучаетесь обучению, вам приходится создавать моде-
ли. Для этого нужно использовать символы, аналогии, метафоры
и т.  п.,  что,  в свою очередь, приводит к появлению языка,
мифологии,  религии, философии, математики, искусства, поли-
тики,  бизнеса и т.д. Но это все возможно лишь при критичес-
ком размере мозга, а точнее, его коры.

Чтобы избежать необходимости всякий раз повторять -"обучать-
ся обучению",  "символы", "метафоры", "аналогии", "модели"",
я  обозначил лежащую в основе этих понятий идею,  как метап-
рограммирование.  Метапрограммирование возникает при  крити-
ческом размере коры - церебральный компьютер должен обладать
достаточным числом взаимосвязанных  элементов  определенного
качества,  чтобы стало возможным осуществлять метапрограмми-
рование.

Метапрограммирование является операцией, в которой централь-
ная система управляет сотнями тысяч программ, работающих па-
раллельно и последовательно.  Таких возможностей y компьюте-
ров, изготовлявшихся промышленностью к 1972 году, еще не бы-
ло.  Метапрограммирование выполнялось вне компьютеров, пост-
роенных  на  кристаллических схемах,  программистами-людьми,
так как машины на это не были способны.  Люди в этом  случае
являлись не только программистами,  но и метапрограммистами.
Ведь именно людьми,  человеческими биокомпьютерами определя-
лось,  что будут делать машины-компьютеры, как они будут ра-
ботать,  какие данные будут в них вводится.  Но я думаю, что
можно  сконструировать  метапрограммный компьютер и передать
эту операцию ему.

Когда я говорил,  что мы можем программировать самих себя, я
имел в виду,  что такое программирование будет производиться
с уровня наших метапрограмм. Все, чем мы являемся, как чело-
веческие существа - это результат использования того,  что в
нас встроено, и того, что нами приобретено. В этом смысле мы
выступаем  в качестве метапрограммистов самих себя или само-
метапрограммистов.

Так же,  как из сотен тысяч программ  постепенно  выделяется
комплекс тысяч метапрограмм,  так и из этого комплекса,  как
основы, возникает что-то еще - управляющий, контролер, прог-
раммист в биокомпьютере,  метапрограммист самого себя. В хо-
рошо организованном биокомпьютере есть, по крайней мере, од-
на такая контролирующая программа, называемая "я", использу-
емая для воздействия на другие метапрограммы,  и  еще  одна,
называемая "меня", связанная с ситуацией, когда биокомпьютер
подвергается воздействию со стороны других  метапрограмм.  Я
намеренно сказал - по крайней мере одна.  Большинство из нас
имеет несколько "я",  нескольких контролеров, которые, в за-
висимости от задач,  управляют либо параллельно, либо после-
довательно во времени. Как я подробнее покажу позже, один из
путей  саморазвития состоит в том,  чтобы централизовать уп-
равление собственным биокомпьютером в руках одного метапрог-
раммиста,  делая другие метапрограммы добросовестными испол-
нителями,  подчиненными единственному администратору, единс-
твенному сверхдобросовестному самометапрограммисту. По-види-
мому,  существуют методы централизации управления, с помощью
которых объединение как элементарная операция осуществляется
во многих, а возможно, и во всех, биокомпьютерах.

В управляющей иерархии кроме метапрограммиста и его  ближай-
шего  окружения  могут  быть  другие инстанции,  которые для
удобства я называю сверхличностными  программами.  Их  может
быть  одна или несколько в зависимости от состояния сознания
метапрограммиста. Они могут быть персонифицированы, как если
бы они были самостоятельными сущностями, их можно рассматри-
вать просто как сеть для передачи информации,  но возможна и
такая  реализация,  при  которой  "я" как бы путешествует во
Вселенной по незнакомым планетам, галактикам, размерностям и
пространствам. Если продолжить операцию объединения на уров-
не сверхличностных программ,  можно прийти к концепции Бога,
Творца, Созидателя Звезд. Временами может возникнуть соблазн
соединить явно независимые сверхличностные источники в  одно
целое.  Я не уверен, что можно до конца проделать такую опе-
рацию сверхличностного  объединения  и  получить  результат,
полностью соответствующий объективной реальности.

Определенные состояния  сознания  являются результатом таких
объединений.  Мы - компьютеры общего назначения  и  способны
запрограммировать  любую  постижимую модель вселенной внутри
нашей собственной структуры,  изменить масштаб нашего метап-
рограммиста  до микрокосмических размеров,  и запрограммиро-
вать его на путешествия через собственную модель,  как  если
бы  она  была  реальностью  (уровень 6,  Сатори + 6:  Лилли,
1972). Можно испытать огромное удовольствие от программируе-
мой мощи собственного биокомпьютера. Не нужно преувеличивать
или отрицать ценность такого переживания.  То, что биокомпь-
ютер обладает таким свойством, является важным дополнением к
списку возможностей метапрограммиста.

Когда получаешь контроль над моделированием вселенной внутри
себя  и  становишься способным эффективно изменять соответс-
твующие параметры,  твое "я" может использовать эту  способ-
ность, чтобы стать достойным ее.

Качество собственной модели вселенной определяется тем, нас-
колько хорошо она соответствует реальной  вселенной.  В  об-
щем-то качество внутренней модели не имеет гарантии на соот-
ветствие реальности, как бы вы в этом ни были уверены. Чувс-
тва благоговения, поклонения, святости, уверенности являются
метапрограммами,  приспосабливающимися к любой модели,  даже
очень далекой от реальности.

Современная наука знает, что человеческая культура порождает
определенную космологию и поклоняется ей,  и  что  не  может
быть гарантий высокого соответствия этой космологии реальной
вселенной.  Насколько это в наших силах,  мы пытаемся прове-
рять,  а не поклоняться создаваемым моделям вселенной. Такие
чувства, как благоговение и поклонение нужно скорее понимать
как источники энергии биокомпьютера, а не как факторы досто-
верности,  обеспечивающие соответствие моделей реальному ми-
py. Сопутствующее экспериментам чувство уверенности мы расс-
матриваем,  как свойство состояния сознания,  особый  эффект
психического  пространства,  который  можно использовать как
индикатор или объект для дальнейших исследований, но который
не должен приниматься за основание для окончательного сужде-
ния об истинном положении дел.  Когда вы  получаете  возмож-
ность путешествовать внутри собственных моделей,  по-видимо-
му, находящихся внутри вашей головы, вы одновременно получа-
ете возможность путешествовать вне или быть вне вашей модели
вселенной, но при этом ваше "я" по-прежнему будет оставаться
внутри головы (Лилли, 1972: Уровень или состояние + 3, Сато-
ри + 3).  При реализации такой  метапрограммы  все  выглядит
так, как если бы вы присоединились к творцам Вселенной, объ-
единились с Богом и т.п.  С помощью таких метапрограмм можно
также настолько уменьшить свое "я", что оно может просто ис-
чезнуть.

Можно освоить и другие сверхличностные метапрограммы, идущие
еще дальше,  как это описано в книге Олафа Степлтона "Созда-
тель звезд" (Довер, Нью-Йорк, 1937). Здесь одно "я" соединя-
ется  с  другим  "я",  проникая в прошлое и будущее времен и
пространств. Всепланетное сознание вливается в сознание сол-
нечной системы,  а затем в сознание галактики.  В дальнейшем
уже межгалактическое сознание вливается в сознание Вселенной
и  предстает  перед  лицом  своего Творца - Создателя звезд.
Здесь сознание Вселенной понимает,  что ее Создатель знает о
ее  несовершенстве и разрушит ее,  чтобы начать снова и соз-
дать более совершенную Вселенную.

Такое использование своего биокомпьютера может  открыть  нам
глубокие истины о самих себе,  о своих потенциальных возмож-
ностях.  Исследуя глубокие состояния бытия и сознания, можно
прийти к следующей основополагающей истине, касающейся наших
теоретических позиций: -в сфере ума то, во что веришь, как в
истинное,  истинно или становится истинным в пределах, кото-
рые можно установить на основе внутреннего  и  внешнего<%20>
опыта.  Эти  пределы проявляются как дальнейшие убеж<%18>де-
ния,  за которые тоже можно выйти. В сфере ума нет пределов.
(Лилли, 1972)."

Сфера ума - это сфера наших моделей,  метапрограмм и памяти.
А как быть с физической сферой,  включающей собственное тело
и другие тела? Здесь, как кажется, есть пределы.

В сети тел,  где наше собственное тело связано с другими те-
лами программами выживания, воспроизведения и созидания, де-
ло обстоит следующим образом.

Тела сети,  приютившие умы,  - это основание, поддерживающее
эти умы, своеобразная поверхность планеты, на которой разво-
рачивается действие. Эти тела накладывают определенные огра-
ничения,  которые устанавливаются экспериментально с  учетом
внутреннего  опыта.  Этот опыт отдельные умы,  находящиеся в
сети,  согласуют между собой с помощью специальных программ.
Все  это на бытовом уровне проявляется как общепринятая нау-
ка.

Можно сказать,  что мы имеем дело с информацией,  не ограни-
ченной никакими пределами в сфере отдельного ума, но ограни-
ченной в оговоренных, согласованных пределах (возможно, и не
необходимых) в сети умов. Мы также располагаем некоторой ин-
формацией о собственном теле и о сети тел на планете.  После
таких  уточнений исследуемая проблема может быть сжато сфор-
мулирована следующим образом.

Если максимально изолировать отдельное тело  и  связанный  с
ним ум в среде, полностью контролируемой на физическом уров-
не,  то сможем ли мы с помощью современных  научных  методов
получить достоверную информацию о всех информационных входах
и выходах такого биокомпьютера,  т.е.  сможем ли мы на самом
деле достичь эффективной изоляции и ограничения?  Если такой
биокомпьютер обладает способностью  самопрограммирования,  о
которой говорилось выше,  то имеется ли вероятность,  что он
сможет обнаружить или изобрести способы создавать информаци-
онные входы и выходы, которые еще не открыты современной на-
укой?  Может ли центр сознания,  связанный с таким биокомпь-
ютером, передавать и получать информацию неизвестными в нас-
тоящее время способами?  Будет ли этот  центр  сознания  все
время оставаться в изолированном биокомпьютере?

В этой  книге я хотел бы показать,  на какой ступени я нахо-
жусь в решении указанных проблем. В предыдущих книгах я опи-
сывал личный внутренний опыт.  В этой книге я занимаюсь тео-
рией и методами, программами и метапрограммами.

            Февраль, 1972, Д.К.Л. Лос-Анжелес, Калифорния.

 ПРЕДИСЛОВИЕ К ПЕРВОМУ ИЗДАНИЮ

Эта работа является результатом моих многолетних личных уси-
лий, направленных на исследование парадоксов ума и мозга, их
взаимоотношений и связей.  Предполагается,  что основные ре-
зультаты этой работы могли бы помочь в решении некоторых фи-
лософских и  теоретических  трудностей,  которые  возникают,
когда  используются различные точки зрения и различные осно-
вополагающие допущения.

Некоторые из важнейших философских проблем касаются  сущест-
вования "я", отношения его к мозгу и уму, к другим умам, су-
ществования или несуществования бессмертной части себя, веры
и создания различных наделенных силой фантазий в этих облас-
тях мысли.

В человеческом поведении нередко можно столкнуться со стрем-
лением  принимать  желаемое за действительное.  Предвзятость
оказывается вплетенной в лучшие научные исследования и фило-
софские достижения, направленные на понимание сущности Чело-
века.  Для интеллектуального  и  эмоционального  продвижения
каждый из нас нуждается в определенных идеалах.  Кроме того,
нам необходимы способы мышления,  которые позволяют  так  же
объективно смотреть  на  "внутренние реальности",  как  и на
внешние биохимические и физические факты.  Нам необходим эф-
фективный философский анализ своего внутреннего мира,  столь
же хороший, как и тот, который мы применяем при исследовании
внешнего мира.  Эта работа является кратким изложением теку-
щей позиции в попытке достичь объективности и  беспристраст-
ности в отношении к глубинным внутренним реальностям.

Можно, конечно, спросить, где будет использоваться такая те-
ория?  Я думаю,  что после освоения ее можно непосредственно
применять в самоанализе. Нужно помнить, что мы сами являемся
частью системы с обратной связью,  включающей другие челове-
ческие существа,  и что, начав с того конца системы, где на-
ходится наша личность,  можно достичь уровня сверхчеловечес-
кого анализа. Если это удастся, то вскоре вы сможете обнару-
жить улучшение взаимоотношений с другими людьми, а через ка-
кое-то  время  об этом в отношении вас смогут сказать и дру-
гие.  Проявления нашего интеллектуального  и  эмоционального
роста начинаются с межличностных отношений - отношений с же-
ной, детьми, родственниками, коллегами.

Те, кто сможет понять и усвоить  предлагаемые  теоретические
установки,  будут нуждаться  в переосмыслении большого коли-
чества интеллектуальных и эмоциональных фактов. Здесь каждо-
му понадобятся знания и навыки оперирования в глубинах чело-
веческой психики. Вероятно, лучше всего это будет получаться
y ученых широкого профиля.  Эти ученые, когда я показывал им
свои теоретические разработки,  обнаруживали  быстрое  пони-
мание основных положений и следствий этой теории.

Другой тип  ученых,  y  которых не было трудностей с "компь-
ютерным" подходом,  но  могли  быть  трудности  относительно
"субъективных" аспектов проблемы, представляли молодые люди,
основательно работавшие с компьютерами, занимавшиеся их при-
менением и программированием.  Многим из них не хватало нуж-
ного для понимания проблемы биологического  и  психоаналити-
ческого образования. Этим людям может быть предложено допол-
нительное обучение в области биологии и психоанализа.

К третьему типу можно отнести ученых,  работающих в  области
классического  психоанализа,  которые могут прийти к выводам
предлагаемой теории в своих дальнейших изысканиях. У них мо-
гут  возникнуть трудности,  связанные с отсутствием специфи-
ческого типа мышления,  относящегося  к  компьютерам  общего
назначения.

В использовании  предлагаемой теории будут трудности y людей
разных специальностей при совместной работе как группы в це-
лом.  Для преодоления этих трудностей необходимо, чтобы каж-
дый член группы освоил способы мышления  и  виды  мотивации,
характерные  для других областей.  Члены такой группы смогут
помогать друг другу в приобретении знаний и навыков в  своих
областях. Но конечно, эффективное усвоение предлагаемых под-
ходов будет зависеть и от ответственности каждого.

Что касается проникновения в "глубинные  реальности",  то  я
думаю,  что  скрытые возможности этого не удастся увидеть до
тех пор,  пока не будет усвоен предлагаемый способ мышления.
Здесь дело заключается в самом механизме мышления. Я считаю,
что когда эта теория будет усвоена и принята,  появится воз-
можность   более  удовлетворительно,  чем  сейчас  объяснить
свойства и функционирование нашего ума.

Лишь после того,  как удастся увеличить контроль над  созна-
тельным мышлением и предсознательными процессами в биокомпь-
ютере, появится возможность в полной мере сосредоточить вни-
мание на программах бессознательного и начать интеграцию на-
шего "я" с внутренними реальностями.

Предлагаемая теория сформулирована в виде  определенных  ут-
верждений.  Однако  не  предполагается,  что читатель должен
принимать ее в качестве истины в последней инстанции. Каждое
из  предлагаемых утверждений нужно принимать лишь в качестве
рабочей гипотезы, выдвигаемой автором на данном этапе иссле-
дований.  Я  не ставил своей целью создание новой философии,
новой религии или новых жестких методов  организации  интел-
лектуальной жизни. Моей целью было увеличить гибкость, силу,
объективность нашего теперешнего  ограниченного  ума  и  его
знания о самом себе.  Мы прошли долгий путь от низших прима-
тов до современного человека.  Однако нам предстоит еще идти
и  идти,  чтобы  раскрыть все достижимое в себе.  Достаточно
взглянуть на то,  как неточно, нелепо люди обращаются друг с
другом,  чтобы понять, как далеко нам нужно пройти, если че-
ловечество хочет не только выжить,  но и, поставив под конт-
роль  уровень  диких  страстей и предрассудков,  развиваться
дальше как прогрессирующий вид.

Предполагается, что эта теория будет полезна для понимания и
программирования не только самих себя,  но и других. Она мо-
жет быть использована для того, чтобы достичь глубин истинно
человеческого общения.  Предлагаемые понятия могут быть при-
менены и в пределах современных представлений о человеческой
психике,  и для того, чтобы совместными усилиями многих исс-
ледователей пойти дальше в разработке теории  программирова-
ния  и перепрограммирования человеческого поведения.  На это
автор по крайней мере надеется. И только время и упорная ра-
бота  смогут  подтвердить  или опровергнуть исходные рабочие
гипотезы.

Единственный факт, которым нельзя пренебречь при использова-
нии  предлагаемой теории,  - это принципиальная уникальность
каждого из наших интеллектов и связанного с ними анатомичес-
кого органа - нашего мозга. К анализу своей психики или пси-
хики другого человека нужно подходить весьма ответственно, а
это совсем не легкая работа.

Предлагаемая теория  не  является  и не может быть волшебной
отмычкой к человеческому интеллекту.  Это адски сложно - до-
быть  достаточное  количество фактов,  добраться до основных
программ и метапрограмм, управляющих каждым конкретным умом,
чтобы затем изменить обычное слабое функционирование,  прев-
ратив его в сильное и полноценное.  Эта теория могла бы  по-
мочь отобрать и организовать полученную информацию так,  что
ее можно было бы использовать для эффективного изменения ра-
боты  мозга.  Но фундаментальные исследования в этой области
вряд ли могут быть сделаны слишком быстро и  просто.  В  нас
встроены предубеждения,  пристрастия, блоки и запреты, кото-
рые сопротивляются и мешают восприятию нового. Бессознатель-
ное автоматически контролирует наше поведение. Все же, я ду-
маю, прогресс в этой области возможен, но это может потребо-
вать  упорной  работы несколько поколений тех,  кто посвятит
свою жизнь этим проблемам.

У меня по-прежнему не решен вопрос о  разумности  публикации
слишком многого о себе,  и я сомневаюсь, стоит ли в этой не-
большой работе приводить во всех подробностях некоторые наб-
людения, относящиеся ко мне лично. Если бы общество, в кото-
ром мы живем,  было ближе к идеальному,  я бы не  колебался.
Правда,  в  идеальном обществе могла бы и не возникнуть пот-
ребность в этой работе.  Я не знаю ответа, но не хочу стано-
виться  и  на сторону тех,  кто слишком уверенно отвечает на
этот вопрос. Я лишь исследователь в этой области. Мое единс-
твенное стремление - быть свободным - "исследовать, а не ис-
пользовать".  Я делюсь тем,  что испытал, поскольку моя про-
фессия - искать,  найти,  рассмотреть, написать, оставаясь в
пределах науки.  Пусть другие используют в своей  профессии,
бизнесе, занятиях то, что мне посчастливилось найти. Я обна-
ружил, что как только становлюсь заинтересованным коммерчес-
ки,  политически или как-нибудь еще,  я теряю то,  что более
всего ценю -  объективность,  беспристрастность,  непредвзя-
тость,  возможность свободно исследовать ум как естественный
объект. Делать деньги, лечить кого-то, руководить, быть изб-
ранным, быть специалистом в своей науке - все это необходимо
и нуждается в  личностях  высокоинтеллектуальных,  зрелых  и
преданных делу. Так уж оказалось, что я не стал одним из них
- возможно,  я и делал попытки, но все-таки не выбрал этого.
В  Соединенных  Штатах  Америки 1966 года настаивать на роли
исследователя глубин человеческого ума значило бросать вызов
интеллектуальным  традициям,  социальным шаблонам и выбирать
область приложения исследовательских  усилий,  которые  мало
кто поддержит. В этой стране имеется тенденция субсидировать
научные исследования  одних  специалистов  по  рекомендациям
других специалистов - я знаю, что так обстоит дело в медици-
не,  но это есть и в других областях науки.  В  этом  смысле
данная  работа  зависит  от поддержки слишком большого числа
специалистов.  Я надеюсь, что когда-нибудь такие работы, как
эта, будут опираться на свои собственные достоинства.

Я склоняю голову перед Неведомым. И разве непонятно, что на-
уке, посвятившей себя Самому Таинственному и Самому Глубоко-
му из Неведомого, нужна поддержка.



 Метатеоретический подход

Есть две интеллектуальные школы, которые подходят к проблеме
возникновения систем мышления,  в том числе и математическо-
го,  с  противоположных концов.  Несколько упрощая,  эти два
крайних подхода можно определить следующим образом.

1. Первый подход основан на метатеоретическом допущении, что
любая  система  мышления покоится на несводимых друг к другу
постулатах,  принимаемых на веру. Тогда все следствия из ма-
нипуляций думающей машины с данными, извлеченными из внешней
реальности или из собственной памяти,  являются лишь  разра-
боткой, комбинированием и вариациями на темы исходных посту-
латов. Такой подход можно назвать формалистическим. Из тако-
го подхода следует,  что при использовании достаточно тонких
методов, можно добраться до исходных постулатов, которые мо-
тивируют,  направляют и определяют работу ума.  Можно ввести
еще одно метатеоретическое допущение,  состоящее в том,  что
если выявлен набор всех базовых постулатов, то это дает воз-
можность объяснить  поведение,  порождаемое  соответствующим
умом. (Уайтхед и Рассел, 1927; Карнап, 1942; Тарский, 1946).

2. Второй подход сводится к предположению,  что системы мыш-
ления возникают из  интуитивного,  сущностно  непознаваемого
субстрата  ментальных операций (Гильберт,  1950).  Эта школа
заявляет, что новые виды мышления проистекают из неизвестных
источников,  и  что  ближе мы не способны подойти к основным
допущениям,  на базе которых работают системы  мысли.  Такие
допущения,  с этой точки зрения, остаются навсегда недоступ-
ными тому, кто мыслит. Такое метатеоретическое допущение да-
ет  основание  предположить,  что  в будущем могут появиться
системы мышления,  которые в настоящее время совершенно  не-
возможно предсказать.

3. Между этими двумя крайностями имеются промежуточные пози-
ции, в которых допускается существование обеих возможностей,
где  каждая вносит свой вклад.  Это позволяет выбрать способ
мышления, который будет использоваться субъектом формального
анализа и синтеза после того, когда выбраны основные допуще-
ния.  Но этим,  естественно,  не исчерпываются все  средства
мышления. Некоторые из них продолжают опираться на известные
методы,  источники и сферы применения. Метатеоретическая по-
зиция обеспечивает выбор каких-то формализуемых видов мышле-
ния из огромной вселенной других возможностей. Такая позиция
не  утверждает,  что  происхождение основных допущений может
быть точно установлено.  Однако, когда эти допущения удается
обнаружить, можно построить соответствующее множество правил
их комбинирования для ограниченного использования в пределах
выбранной системы с тем, чтобы получались внутренне согласо-
ванные результаты.  Такое построение ограниченной интеграль-
ной системы мышления,  где указаны основные допущения, соот-
ветствующие ей,  одновременно является и методом определения
границ этой интеллектуальной территории.

Среди разных метатеоретических подходов к рассмотрению нашей
собственной мыслительной машины и ее работы возможен  такой,
который  отыскивает и исследует неизвестные источники основ-
ных допущений. Далее в общих чертах как раз и рассматривает-
ся проблема их происхождения и конструирования.

Если взять  достаточно большую выборку образцов мыслительной
продукции обычного ума,  то выход на метатеоретический  уро-
вень  должен  бы обеспечивать возможность отыскивать базовые
допущения и их источники.  Однако я сомневаюсь,  что во всех
случаях  взгляд  с  метатеоретического уровня на собственные
способности адекватно наблюдать и  анализировать  ментальные
события  и сводить их к логическим основаниям,  окажется эф-
фективным.  В каких-то областях мышления это возможно. Может
быть,  это доступно определенному типу умов.  Но вряд ли это
так по отношению к умам,  заблокированным слепой верой в ба-
зовый набор допущений, - которые поэтому действуют логически
прямолинейно.

Метатеоретическая позиция может использоваться не только для
анализа  структуры  человеческого  ума как компьютера общего
назначения и критериев его совершенства. Выявлять наборы ба-
зовых допущений необходимо в различных областях мышления.  К
таким базовым допущениям можно отнести и разнообразные  пра-
вила,  используемые в играх,  которые люди ведут с природой,
социумом и между собой.  Эти игры ведутся на различных уров-
нях абстракции,  с различной степенью совершенства, с полной
отдачей или безразличием. Отметим, что контакт с внешней ре-
альностью предъявляет собственные требования,  которые могут
сильно отличаться от тех,  которые может задавать ум в соот-
ветствии со своими особенностями.  В этой работе внешней ре-
альности уделяется мало внимания.  Интерес автора в основном
сосредоточен на мыслительной машине как таковой. В те перио-
ды времени,  когда эта машина не загружена контактами с дру-
гими  биокомпьютерами  или внешней реальностью,  можно попы-
таться изучить ее структуру в чистом виде.  Мой ум, рассмат-
риваемый  как  чистая лабораторная культура в условиях физи-
ческой изоляции и одиночества,  является исходным материалом
для этого исследования (Лилли, 1956).

Внимание автора в основном сосредоточено на тех метатеорети-
ческих положениях,  которые  остаются  открытыми  настолько,
насколько это возможно для разумного объяснения и построения
приемлемых моделей мыслительных процессов, возникновения ис-
ходных  допущений,  своеобразия  "я" относительно остального
ума и возможных трансформаций "я", которые сохраняют обрати-
мость, и будучи гибкими, дают возможность обнаружить и испы-
тать новые и, возможно, более эффективные способы мышления.

Являемся ли мы суммой и сущностью собственного опыта и  нас-
ледственности,  а  также нашего моделирующего воздействия на
других людей,  животных,  растения,  или же мы что-то  сверх
этого?  По мере того, как мы мучительно пытаемся найти ответ
на этот главный вопрос существования "я",  подобно тому, как
это делали люди в течение тысячелетий,  мы обнаруживаем, что
такой тип вопросов и попытки ответить на них ведут  к  новым
горизонтам понимания,  новым системам мышления,  в том числе
математического, новой науке, новым точкам зрения, новой че-
ловеческой  деятельности.  Если  попытаться осмыслить себя и
свою природу как результат другой, не человеческой эволюции,
если  попытаться  представить  свое "я" как живущее совсем в
другом социальном окружении, нежели то, действию которого мы
подвергались, или вообразить себя эволюционирующим как орга-
низм с таким же или более сложным интеллектом,  но не на су-
ше,  а в море или на планете, расположенной ближе или дальше
от солнца, тогда можно ясно увидеть "относительный" характер
нашего "я". Давайте осторожно рассмотрим, к примеру, генети-
ческие мутации,  ведущие к  различным  человеческим  формам,
структурам и ментальным комплексам.  Одна из возможных мета-
теоретических позиций состоит в том, что многие из таких му-
таций в подходящих комбинациях, поставленные в соответствую-
щие условия внешней среды,  - а их может быть миллионы вари-
антов,  могут  привести  к появлению жизнеспособных существ,
которые начнут эволюционировать.  Другими словами,  даже  те
мутации,  которые сейчас летальны, могли бы оказаться полез-
ными с точки зрения выживания при особых условиях.

Если в этом заявлении есть хоть  доля  истины,  тогда  стоит
осуществить продуманный комплекс экспериментов по приспособ-
лению к различным средам с использованием особых диет,  под-
ходящего  соотношения периодов сна и бодрствования,  света и
темноты, объема различных видов радиации, уровня шума, коли-
чества  движения и т.д.  с мутантами на различных стадиях их
жизненного цикла. Другими словами, следует поэкспериментиро-
вать с широким спектром параметров, относящихся к нашей эво-
люции, чтобы отыскать их оптимальные значения для эмбрионов,
плодов и детей, не выживающих в слишком узком спектре значе-
ний воздействий среды. При добросовестном исследовании и при
наличии  творческого  воображения  может оказаться возможным
превратить летальное в оптимальное.

Наш генетический код со всеми его вариациями является  конс-
трукторским набором общего назначения,  подходящим для боль-
шого числа разновидностей организмов,  из которого мы  видим
лишь небольшое количество экземпляров среди зрелой части че-
ловеческой популяции,  включающей все расы планеты. Этот мо-
лекулярный конструкторский набор для организмов через крити-
ческую ситуацию зачатия, первичное развитие и рост эмбриона,
условия,  связанные с организмом матери, ее диетой, физичес-
ким и социальным окружением,  дает начало организмам,  кото-
рые, подвергаясь воздействию условий жизни, тем самым прове-
ряют, насколько хорошо скомбинированы отдельные узлы генети-
ческого кода,  чтобы цельный организм был способен противос-
тоять подстерегающим его опасностям, в том числе таким, как,
например, бактерии и вирусы.

Можно предположить бесконечное множество других сред,  насе-
ленных другими вирусами,  другими бактериями и другими слож-
ными организмами, в которых Человек, как таковой, не смог бы
выжить в его теперешней форме. Можно также предположить, что
наш  генетический  код способен породить организмы,  которые
могут и должны выживать и развиваться в предполагаемых новых
условиях.

До тех  пор,  пока  мы  детально не исследовали генетический
код, пока мы не определили, что такое организм и не перечис-
лили условия,  при которых он может достичь зрелости и стать
индивидуальностью,  y нас не будет данных,  необходимых  для
точного определения характеристик человеческого компьютера.

Мы не  проверили наши собственные возможности приспособления
как взрослого целого организма ко всем возможным  средам.  С
научной  точки зрения y нас мало опыта,  относящегося к экс-
тремальным случаям.  Мы кое-что знаем о температурных грани-
цах, ограничениях в воде и в воздухе, в которых мы можем вы-
жить.  Мы что-то знаем о концентрации кислорода  в  воздухе,
которым мы дышим,  уровнях освещенности и уровнях шума,  при
которых мы можем функционировать и т.д.  Мы начинаем видеть,
как  окружающая  среда контактирует с нашим биокомпьютером и
изменяет его функционирование. Мы начинаем понимать, как оп-
ределенные  виды  жизненного  опыта в этих условиях приводят
нас к формулированию в наших умах правил, которые мы называ-
ем физической наукой.  Мы начинаем понимать, что при контро-
лируемом изменении внешних условий эти правила  должны  быть
соответственно изменены, что может стать основой моделирова-
ния поведения атомов,  молекул,  энергетических и пространс-
твенных  изменений в наших умах-компьютерах.  Это столетие -
свидетель значительных успехов в понимании  и  моделировании
энергетических процессов,  материальных частиц,  многомерных
пространств, звезд, галактик, твердых, жидких и газообразных
материалов.  Однако, этот век не увидел аналогичных достиже-
ний в понимании работы наших собственных умов,  в  понимании
глубинных  источников  мышления  и тех условий,  при которых
станет предпочтительным создание новых мыслящих систем в на-
ших умах.

В этом  столетии  мы  начали  понимать особую ценность наших
собственных организмов как особо мощных и специализированных
материальных образований.  Успехи,  достигнутые за последние
пятьдесят лет в области биохимии,  биофизики, генетики и мо-
лекулярной биологии являются началом нового этапа в управле-
нии этими материальными комплексами внутри нас.

Шредингер говорил,  что хромосома, содержащая линейный гене-
тический код,  для физика является просто линейным двумерным
телом,  обладающим значительной прочностью на разрыв. И в то
же  время  она является гибкой цепью,  способной двигаться и
расщепляться в процессе размножения.  Это носитель  упорядо-
ченности первичной структуры нашего организма,  его сущност-
ного бессмертия, порядка, передающегося от одного индивидуу-
ма  к другому в цепи поколений,  и этим никак нельзя пренеб-
речь при разработке любой теории работы  нашего  ума.  Может
оказаться,  что наши базовые верования,  основные допущения,
исходные аксиомы, уникальность каждого из нас могут быть ус-
тановлены  по наличию корреляционной связи между нашими уни-
кальными генетическими картами и пределами мышления, в кото-
рых мы способны функционировать. Может быть, способы и уров-
ни мышления в своей основе определены генами,  содержащимися
в каждом из нас. Возможно, что каждый из наших личных языко-
вых кодов генетически предопределен. Даже если верно то, что
существует генетический детерминизм в отношении нас как мыс-
лящих машин,  все же мы еще  не  способны  точно  определить
уровни абстракций,  объективно существующих познавательных и
теоретических структур, которые детерминируются генетически.

Если бы  мы  смогли  абстрагироваться от воздействий на нашу
мыслительную машину тех  следов,  которые  образовались  под
влиянием внешней реальности, от действия имеющихся в нас ме-
тапрограмм,  направляющих наше мышление,  а также  программ,
созданных  другими  и введенных в нас в течение срока обуче-
ния,  мы смогли бы увидеть очертания и существенные перемен-
ные,  определяемые генетически.  Это чрезвычайно трудная об-
ласть исследования.  Она требует усилий  многих  талантливых
людей,  способных  рассмотреть  свои  мыслительные процессы,
опираясь на знания генетики и учитывая  информацию  о  своих
генетических предках.

Конечно, различные осложнения,  вносимые  фенотипическими  и
генотипическими различиями, должны быть приняты в расчет так
же,  как и все другие механизмы, открытые и тщательно прора-
ботанные в генетике.  Но эти знания не должны быть ограничи-
вающими.  Они должны быть усвоены экспериментаторами  и  ис-
пользоваться на подходящем уровне абстракции для поиска пат-
тернов мышления, детерминированных генетически.

В дальнейшем  эта  генетическая детерминированность мышления
может оказаться несущественной. Может быть, в дальнейшем би-
окомпьютеры  смогут  взять под контроль главные цели и гене-
ральные линии собственного развития так, что начальный гене-
тический  фактор уже не будет иметь решающего значения.  Как
только будет  сконструирован  настолько сложный компьютер на
кристаллических схемах,  вакуумных лампах или  биологических
составляющих (при этом не существенно,  какова будет его об-
щая величина),  что совершенство и вид связей между его эле-
ментами дадут возможность получить сеть с генеральной целью,
мы, вероятно, сможем сгладить генетические различия. Вероят-
но, каждый из нас сможет достичь сходных уровней обученности
и создать в себе мыслительные машины, для которых генетичес-
кие различия будут несущественными.

Я не стремлюсь занять какую-либо сторону в этих вопросах.  Я
хочу лишь сказать,  что если y вас должна быть беспристраст-
ная и непредвзятая позиция,  то вы не можете позволить  себе
стоять  на догматических позициях в отношении этих вещей.  Я
бы хотел видеть талантливых людей с выдающимися  умственными
способностями  в  качестве  исследователей своих собственных
интеллектов,  способных идти до самых глубин.  Я хочу помочь
этим людям связать свои результаты с результатами других та-
лантливых  исследователей,  способных  сделать  оригинальные
открытия.  Я  верю,  что,  используя  определенные  методы и
средства,  некоторые из которых предлагаются в этой  работе,
эти талантливые люди,  посвятившие себя исследованию, смогут
продвинуться вперед,  найти и сформировать новые истинно на-
учные,  экономичные в интеллектуальном отношении и взаимооп-
лодотворяющие пути исследования наших умов.  В качестве при-
мера плодотворного сотрудничества можно привести случай фик-
тивной  индивидуальности,  созданной  группой   математиков,
скрывающихся под именем доктора Николая Бурбаки.

Эта группа  ученых для того,  чтобы создать новую математику
или целый ряд математик, - что выходит за пределы способнос-
тей одного человека, собираются три раза в год и обменивают-
ся идеями, а затем разъезжаются и работают отдельно. Резуль-
таты публикуются под псевдонимом,  возможно, потому, что ре-
зультаты этой работы рассматриваются, как групповой продукт,
выходящий за пределы любого индивидуального вклада.

Понадобится некоторое  время,  чтобы  оценить,  была  ли эта
группа более эффективна, чем отдельный человек, работающий в
изоляции над аналогичным материалом.  Возможно,  что контакт
человеческих компьютеров,  достигнутый  среди этих математи-
ков,  породил новую сущность, более мощную, чем любой из них
в  отношении  способа  и  сложности мышления,  а также новых
творческих идей.  Определенные виды вещей,  которые  Человек
делает предметом своих потребностей, требуют огромного коли-
чества кооперативных связей между множествами  индивидуумов.
Такие вещи выходят за пределы возможностей любого индивидуу-
ма и являются продуктом только группового усилия. Это верно,
например, в случае строительства Эмпайр Стейт Билдинга, мет-
рополитена, системы железных дорог, авиалиний, больших заво-
дов и т.д. В каждом из этих случаев имеет место и преобразо-
вание внешней реальности,  и  установление  коммуникационной
сети между многими индивидуальностями,  и преданность каждой
из них целям организации,  частью которой они являются. Это,
вероятно, - величайшее свершение наших индустриальных, воен-
ных,  педагогических и религиозных усилий в  этом  столетии.
Эффективный контакт между людьми может обеспечить выполнение
ряда действий и создание вещей, недоступных любому индивиду-
уму.

Однако в определенных областях одаренная,  талантливая,  ин-
теллектуальная  индивидуальность может действовать почти ав-
тономно, так же как отдельные компьютеры, давая начало новым
направлениям  в науке.  Это хорошо видно в случаях математи-
ческих гениев,  выросших в изоляции.  Даже опасно заниматься
образованием таких людей, так как они могут утратить целеус-
тремленность, предназначение и способность внести оригиналь-
ный творческий вклад в науку.  Им удалось избежать включения
во всеохватывающие специальные организации людей и тех  тре-
бований,  которые  эти организации накладывают на своих чле-
нов.  Как, например, в случае высокоодаренного физика Мосли,
который был призван и убит в первой мировой войне, такой та-
лант был бы отброшен назад действиями, продиктованными необ-
ходимостью включения в общество.

В современном мире имеется много точек зрения,  которые раз-
деляют интеллектуалов,  в результате растрачивающих напрасно
свой  талант  и гений.  Существуют противостоящие философии,
которые побуждают к различной  интеллектуальной  активности.
Возможно,  такой  конфликт  необходим  для интеллектуального
продвижения каждого  индивидуума,  но  это может оказаться и
чем-то бесполезным.  К.  П.  Сноу указывал в  своих  работах
(особенно в тех из них,  где он пишет о двух культурах),  на
этот вид социальной дихотомии. Система ценностей каждого ин-
теллектуала  отражает  его предубеждения,  пристрастия и его
слепые пятна не хуже,  чем и сферы его компетентности. Часто
из-за предубеждений и пристрастий люди берут то, что они хо-
рошо знают и в чем достигли мастерства, и пытаются превозно-
сить это в противовес общему интеллектуальному уровню, зада-
ваемому всеми другими интеллектуалами. Но разве это разумно?
Одна из техник превознесения того,  что кто-то и его ближай-
шие коллеги знают, над прилегающей интеллектуальной террито-
рией, состоит в том, чтобы буквально вырыть интеллектуальный
ров вокруг собственного поля деятельности. Чтобы вырыть этот
ров,  чернят и принижают и области знания, и людей, работаю-
щих за пределами собственного поля.  Не исключено,  что этот
вид активности встроен в нашу биологическую структуру.

              Сант-Томас, Виргинские острова,- 1967. Д.К.Л.

 ВСТУПЛЕНИЕ

"Компьютер общего назначения - это электронная машина, кото-
рую оператор при помощи специальных команд может перевести в
любое доступное ей состояние при любых  допустимых  исходных
условиях.  Все виды поведения машины находятся под контролем
оператора.  Программа совместно с машиной образует  систему,
которая может переходить из одного состояния в другое, и это
можно рассматривать как ее поведение. Такое обобщение в зна-
чительной мере разрешает главную проблему мозга в той части,
которая затрагивает его объективное поведение.  Природа  его
субъективных  аспектов может быть оставлена следующему поко-
лению,  если, конечно, заверить его в том, что покорение ос-
новных научных вершин еще впереди".  (У. Росс Эшби. "Что та-
кое мозг?" в книге "Теория интеллекта", Макмиллан, Нью-Йорк,
1962).

В течение  долгого  времени отношения между объективной дея-
тельностью мозга и субъективной жизнью ума оставались загад-
кой,  вызывавшей споры.  В этом столетии некоторые успехи во
взаимодополняющих областях, изучающих каждую из сторон этого
вопроса,  по-видимому,  начинают  кое-что  прояснять.  Здесь
представлен отчет о теории биокомпьютера и ее приложениях. В
нем делается попытка операционно связать:

а) субъективные аспекты работы ума;

б) активность нейронных цепей;

в) биохимию;

г) наблюдаемые изменения поведения.

Автор, в основном, использовал следующие источники:

1) результаты и обобщение собственных экспериментов в облас-
ти центральной нервной системы (ЦНС) и поведения животных;

2) результаты опытов,  проведенных на себе в условиях глубо-
кой физической изоляции;

3) собственная  психоаналитическая работа над собой и други-
ми;

4) собственные исследования и личный опыт по проектированию,
конструированию  и программированию электронных вычислитель-
ных машин,  построенных на кристаллических схемах с сохране-
нием программ в памяти;

5) изучение аналоговых компьютеров, предназначенных для ана-
лиза и преобразования голосового спектра частот  человека  и
дельфина и последовательной обработки данных,  получаемых от
непрерывно действующих источников информации;

6) теоретические разработки и эксперименты в области нейроп-
сихофармакологии;

7) исследование проблем коммуникации между людьми и  дельфи-
нами в системе человек-дельфин;

8) изучение литературы по биологии, логике, нейропсихофарма-
кологии,  мозгу и моделям интеллекта, коммуникации, вычисли-
тельным машинам, психологии, психиатрии, психоанализу и гип-
нозу.

Необходимо также учесть постоянную работу над открытой, мно-
гоуровневой, развивающейся, динамической, структурно-функци-
ональной  теорией,  способной  объединить  разные области за
счет преодоления барьеров между ними. Приложения этой теории
охватывают широкий диапазон явлений,  начиная с атомов и мо-
лекул внутри клеток, клеточных мембран и клеточных объедине-
ний, до познавательных процессов внутри мозга и внешних про-
явлений отдельного организма и поведения групп индивидуумов,
состоящих из двух или более членов.

 Основные допущения

1. В этой работе человеческий мозг рассматривается,  как ги-
гантский биокомпьютер,  в несколько тысяч раз более сложный,
чем любая вычислительная машина, сконструированная человеком
к 1965 году из небиологических элементов. Число нейронов че-
ловеческого  мозга  оценивается приблизительно в 13 миллиар-
дов,  причем число глиальных клеток еще раз в  пять  больше.
Все  части  этого  компьютера непрерывно работают,  совершая
миллионы вычислений параллельно и последовательно.  Он имеет
около  двух  миллионов  визуальных  входов и около ста тысяч
акустических.  Трудно сравнивать работу  столь  грандиозного
компьютера  с любым искусственным,  существующим сегодня,  в
связи с его весьма совершенным и сложным устройством.

2. Определенные свойства этого биокомпьютера известны,  дру-
гие  же  только  еще  предстоит  найти.  Одним  из известных
свойств биокомпьютера является  огромная  память,  другим  -
программированное  и контролируемое управление сотнями тысяч
входов.  Сюда же относится способность заносить в  память  и
извлекать из нее сложные информационные комплексы, связанные
с поведением,  речью,  слухом,  зрением и т. п. Некоторые из
менее обычных свойств этого компьютера рассматриваются далее
в этой работе.

3. Некоторые программы встроены в трудных для  доступа  мес-
тах, например, в микроструктурах мозга. Низшим уровнем таких
встроенных программ будут программы  поиска  пищи,  питания,
продолжения рода, приближения и избегания, определенные виды
страхов, боли и т.д.

4. Программы различаются сроком существования. Одни мимолет-
ны  и легко стираемы,  другие без видимых изменений работают
десятилетиями. Среди быстротечных и стираемых программ можно
выделить способность строить визуальные конструкции в помощь
собственному мышлению.  У детей такие программы  встречаются
значительно чаще,  чем y взрослых. Примером программы, рабо-
тающей десятилетиями,  можно назвать программу,  связанную с
почерком,  в  течение долгих лет сохраняющим свои уникальные
черты.

5. Программы могут приобретаться в течение  жизни.  В  любом
возрасте человек способен приобретать новые привычки. С воз-
растом это может быть труднее,  но этот вопрос  недостаточно
исследован.  Проблема здесь может быть не столько в освоении
программ, сколько в мотивации такого освоения.

6. Молодой биокомпьютер приобретает программы по мере  роста
своей структуры. Некоторые из этих программ отвечают за воз-
никновение внутреннего пространства.  Примером такого приоб-
ретения программ в детстве может быть программа произношения
слов.  Она связана с родителями и ее весьма трудно  изменить
позднее.  Действительно,  y  ребенка не существует серьезной
мотивации к изменению произношения,  если последнее удовлет-
воряет окружающих.

7. Некоторые  из программ записаны в генетическом коде.  Как
они проявляются,  известно лишь в небольшом  числе  случаев,
связанных  с  отклонениями  от обычных и ожидаемых паттернов
развития,  и таких, которые были подтверждены биохимически и
поведенчески.  Так  называемый монголоидный фенотип является
врожденным и проявляется в онтогенезе в определенное  время.
Есть  также несколько других интересных клинических случаев,
генетическая природа которых была установлена.  Чтобы реали-
зовать все потенциальные возможности растущего биокомпьютера
и избежать нежелательных, направленных против здорового рос-
та программ,  ранее включенных в него,  требуется соблюдение
специальных условий в окружающей среде.

8. В каждый момент жизни биокомпьютера врожденные  программы
накладывают  верхние  и нижние ограничения на все его прояв-
ленные и потенциальные качества.  Здесь мы снова исходим  из
того, что растущий организм находится в оптимальных условиях
в каждый момент его жизненного пути, но в реальности, конеч-
но,  это может быть совсем не так. И хотя такое исходное до-
пущение,  весьма вероятно,  соответствует  действительности,
проверить это было бы трудно.

9. Основными проблемами исследования,  представляющими инте-
рес для автора, являются возможности стирания, модификации и
создания программ.  Другими словами, я заинтересован в отыс-
кания метапрограмм, включающих методы и исходные данные, ко-
торые  контролируют,  изменяют  и создают исходные программы
человеческого биокомпьютера. Пока что неизвестно, можно ли в
действительности построить какую-либо программу. Конфликтую-
щие школы мысли исходят из крайностей вида "все  хранится  в
биокомпьютере  и никогда не стирается" или "только важнейшие
данные и функции хранятся в биокомпьютере" и, следовательно,
не существует проблемы стирания.  Модификации уже существую-
щих программ могут быть осуществлены с большим  или  меньшим
успехом. Создание же новых программ - весьма трудная задача.
Как опознать  такую  новую  программу,  когда  она  создана?
Представляется,  что эта новая программа может быть лишь ва-
риацией уже имеющихся.

10. Установление времени  включения  некоторых  метапрограмм
является затруднительным. Например, не ясно, когда включает-
ся программа обучения  y  младенцев.  Сомнительно,  что  ка-
кая-либо  метапрограмма может полностью удовлетворять иссле-
дователя.  Некоторые из них можно лишь временно принять  как
удовлетворительные  с  точки зрения эвристики.  Нелегко быть
открытым по отношению к новой информации и  в  то  же  время
жестко придерживаться каких-либо сущностных метапрограмм.  В
некотором смысле все мы жертвы ранних метапрограмм,  которые
были заложены другими людьми.

11. В  своих границах человеческий компьютер обладает свойс-
твом, которое можно обозначить как наличие генеральной цели.
Определение  генеральной  цели  включает  в себя способность
браться за проблемы, различающиеся не только количественными
градациями  по  сложности,  но и качественно по уровням абс-
тракции и содержания, а также возможность быстро переключать
внимание из одной области человеческой активности в другую с
незначительной задержкой в перепрограммировании на новую де-
ятельность. Чем шире спектр такого перепрограммирования, тем
выше ранг по признаку генеральной цели y  данного  биокомпь-
ютера.

12. -Человеческий компьютер обладает свойством сох<%18>ране-
ния программ<D%-2>.  Хранимые программы  представляют  собой
набор инструкций, которые находятся в памяти биокомпьютера и
управляют им, когда приходят соответствующие команды. Источ-
ником  команды  может стать любая другая система внутри того
же биокомпьютера, или что-то, что находится вне его.

13. -Человеческий компьютер в пределах,  которые еще следует
установить,  обладает свойствами программировать самого себя
и быть запрограммированным другими источниками.  Это допуще-
ние естественно следует из предыдущего,  но связано с систе-
мами ума, работающими на уровне абстракций выше уровня прог-
раммирования.  О  метапрограммировании следует говорить бук-
вально так же,  как и о самопрограммировании. Это не означа-
ет,  что можно представлять компьютер в целом как некое "я".
Только малая часть систем, работающих в данный момент, зани-
мается метапрограммированием, направленным на себя. Из этого
следует,  что в биокомпьютере должно существовать место  для
гигантского  хранилища  программ  встроенных схем процессов,
реализующихся в виде инстинктов и т.д.  Все это существует в
дополнение  ко  всему  другому,  составляя  лишь часть схемы
компьютера,  доступной  для  самометапрограмм.  В  следующем
пункте делается акцент на этом аспекте.

14. Биокомпьютер обладает свойством самометапрограммирования
в пределах,  которые могут и должны быть уточнены.  (Замеча-
ние: "Самометапрограммирование осуществляется сознательно на
языке  метакоманд.  После этого идет подробное окончательное
программирование,  которое продолжается и за порогом осозна-
ния").  Точно так же каждый биокомпьютер обладает определен-
ной способностью метапрограммирования других - не себя.

15. Такой взгляд на человеческий мозг и человеческий ум дает
возможность  переопределить старые  классификации человечес-
ких поисков,  отдельные области науки и многие термины. Нап-
ример, термин внушаемость часто использовался в ограниченном
контексте самопрограммирования и программирования одного че-
ловека или многих людей со стороны кого-нибудь еще. Гипноти-
ческий феномен наблюдается, когда данный биокомпьютер позво-
ляет  себе  быть  более или менее запрограммированным кем-то
другим.  Метапрограммирование рассматривается в качестве бо-
лее содержательного термина,  нежели внушаемость.  Метапрог-
раммирование предполагает не только конечный результат дейс-
твия,  но и принимает во внимание источники, входы, выходы и
протекание основных процессов.  Внушаемостью можно  назвать,
скорее, только свойство принятия приказов и их выполнение, а
не учет и рассмотрение источников,  входов, выходов и основ-
ных процессов (см. Г.Борнгейм и Клара Халл).

16. Ум определяется,  как общая совокупность всех программ и
метапрограмм данного человеческого компьютера,  вне  зависи-
мости от того,  можно ли их немедленно вызвать, распознать и
наблюдать в действии y себя или y других.  Таким образом,  в
другой  терминологии,  ум  включает  в себя неосознаваемые и
инстинктивные программы.  Такое определение и основное допу-
щение  обладает  различными  эвристическими преимуществами в
сравнении со старыми концепциями и терминологией. Разделение
на  ум и тело не является более необходимым в свете этой но-
вой системы определений.  Ум есть сумма программ и метапрог-
рамм,  т.  е.  средство  программирования человеческого био-
компьютера.

17. Мозг определяется как видимая,  осязаемая живая структу-
ра,  включенная в человеческий биокомпьютер.  Реальные связи
биокомпьютера в человеческом теле не имеют еще полного  опи-
сания (например, еще не описаны цепи обратных связей, биохи-
мического или эндокринного типа с основными органами).  Гра-
ницы  мозга можно  рассматривать и как пределы распростране-
ния центральной нервной системы на периферии.  Наряду с  ЦНС
сюда можно  включить  и  так называемую "автономную" нервную
систему.

18. В некоторых областях человеческого мышления  и  научного
поиска  возникает  необходимость в третьей сущности,  иногда
предполагающей,  а  иногда  не  нуждающейся   в   компьютере
мозг-ум.  В  этой сфере термины "дух",  "душа" и им подобные
относятся к чему-то нематериальному. Такие термины неизбежно
становятся предметом дискуссии о конечном смысле существова-
ния, происхождении компьютера мозг-ум, исчезновении или сох-
ранении  нашего  "я" после телесной смерти,  о существовании
или несуществовании умов,  больших чем наши внутри  или  вне
мозга-компьютера.  Тогда и там,  где это станет необходимым,
эта экстракомпьютерная сущность может быть  включена  в  эту
теорию. (Я согласен, что такие допущения могут стать необхо-
димыми,  чтобы придать высший смысл Человеку как целому. Ре-
лигия - это поле экспериментальной науки.  Работа в этой об-
ласти начинается с  основных  допущений  великого  психолога
Вильяма  Джеймса.  В будущем определения предлагаемой теории
можно будет распространить и на эту область.  К тому времени
можно ввести некоторый составной термин "мозг-ум-дух"). Пока
же имеется проблема существования этой третьей сущности. Су-
ществуют как те,  кто допускает ее существование,  так и те,
кто заявляет, что она не существует.

19. -Определенные химические вещества обладают программирую-
щим" и метапрограммирующим действием,  т.е.  изменяют работу
биокомпьютера,  одни - на программном, другие - на метапрог-
раммном уровне.  Некоторые вещества,  представляющие интерес
для уровня метапрограммирования,  позволяют перепрограммиро-
вание, другие обеспечивают модификации метапрограмм. (Старые
названия этих веществ перегружены диагностическими, терапев-
тическими, медицинскими, моральными, этическими и сопутству-
ющими значениями).  При научном использовании социальные от-
тенки  смысла  утрачивают актуальность.  Такие термины,  как
"психофармакологически активные препараты",  "психотомимети-
ки",   "транквилизаторы",   "наркотики",   "анестезирующие",
"анальгетики" и т.д.  здесь используются вне терапевтическо-
го,  диагностического, морального, этического и юридического
значений. Все эти области следует подвергнуть тщательной пе-
реоценке  с  новой точки зрения.  Приложение данной теории к
социальным процессам может помочь прояснить многие вопросы в
этой противоречивой области.  Например, термин "перепрограм-
мирование" и "перепрограммирующие вещества" может быть  при-
менен для компонентов,  аналогичных диэтиламиду лизергиновой
кислоты (ЛСД).  Для других веществ, подобных этиловому спир-
ту, может быть использован термин "вещество, подавляющее ме-
тапрограмму".  Подобным же образом предлагаемая теория может
быть  полезной в других областях классических исследований -
в психофармакологии, нейрофизиологии, биохимии и психологии.
Некоторые детали работы самого мозга можно описать оператив-
но,  показав, как посредством паттернов возбуждения-торможе-
ния в коре головного мозга, ретикулярной формации, гипотала-
мусе и т.д. завершаются программы.

20. Я не собираюсь догматически настаивать на новых  опреде-
лениях и истолковании теории. Я предпочел скорейшую публика-
цию совершенствованию концепций и окончательному  оформлению
содержания.  По  мере роста теории может расти ее точность и
приложимость.  Здесь ударение делается на том,  чтобы теория
оставалась  открытой настолько,  насколько это возможно,  не
подменяя специфику расплывчатой всеобщностью. Язык изложения
приближен к общеанглийскому насколько это возможно.  По мере
роста теории может развиваться соответствующая ей символика,
что позволит сжато суммировать различные точки зрения, логи-
чески манипулировать ими и в подходящих случаях сделать  ар-
гументацию более наглядной.

Известно, что  общий язык программирования мозга млекопитаю-
щих еще не открыт. Языком человеческого метапрограммирования
является некоторая индивидуальная вариация общенационального
языка.  Определенные концепции работы биокомпьютеров, будучи
введенными в конкретный компьютер "мозг-ум", быстро изменяют
его метапрограммы. В процессе программирования язык обретает
новую энергию и точность.

Из коллекции PsyTechServer'а    (c) 1997-2004